February 8th, 2019

02

Эпоха Святого Императора Николая II.



       Со времени прославления Святых Царственных Мучеников, появились труды агиографического жанра, биографии, монографии и статьи, посвящённые Государю Императору Николаю II. Были опубликованы ранее неизвестные архивные документы, проливающие дополнительный свет на его жизнь и обстоятельства его мученической смерти, на его государственную деятельность, на международный контекст российской истории в период его правления. Светлый образ Царя стал восприниматься в позитивном ключе не только православными людьми, но и вне церковного общества. К клеветническому образу «кровавого царя» никто из умственно зрелых людей уже не относится всерьез...
       Но широко распространено предубеждение, что, при всей нравственной высоте и благородстве Николая Александровича Романова, при его святости, он якобы не был государственным деятелем того масштаба, который нужен был России в эпоху его правления, и что причина революционной катастрофы 1917 года коренится в его «неудачной, неадекватной» политике.
       Чтобы оценить весомость подобных заключений, нужно добросовестно оценить плоды его царствования, какими они созрели к началу мировой войны, опираясь на предельно объективный материал – на статистические показатели. О чём они говорят? Мы можем с уверенностью заявить, что никогда ещё Русскому народу не были созданы такие благоприятные условия развития, как при Императоре Николае II... Collapse )
promo nampuom_pycu march 2, 2019 22:20 18
Buy for 20 tokens
Предшественники Мордехая Леви (Карла Маркса) всё время спотыкались об утверждения своих политических оппонентов, которые в ответ на критику социалистами существующей капиталистической системы просили их предоставить план будущего общественного строя, отличного от капитализма. Ответить на…
Сосо Бесович Джугашвили

Подругу своей жены Ульянов по кличке Ленин пообещал повесить на фонаре.



       «...После ужина Надя попросила мужа проводить меня до трамвая, так как я не знала Женевы. Он снял с вешалки потрёпанную каскетку, какие носили только рабочие, и пошёл со мной. Дорогой он стал дразнить меня моим либерализмом, моей буржуазностью. Я в долгу не осталась, напала на марксистов за их непонимание человеческой природы, за их аракчеевское желание загнать всех в казарму. Ленин был зубастый спорщик и не давал мне спуску, тем более что мои слова его задевали, злили. Его улыбка – он улыбался не разжимая губ, только монгольские глаза слегка щурились – становилась всё язвительнее. В глазах замелькало острое, недоброе выражение, …а я ещё задорнее стала дразнить Надиного мужа, не подозревая в нём будущего "самодержца" всея России. А он, когда трамвай уже показался, неожиданно дёрнул головой и, глядя мне прямо в глаза, с кривой усмешкой сказал:
       – Вот погодите, таких как вы, мы будем на фонарях вешать.
       Я засмеялась. Тогда это звучало как нелепая шутка.
       – Нет. Я вам в руки не дамся.
       – Это мы посмотрим.
       На этом мы расстались. Могло ли мне прийти в голову, что этот доктринер, последователь не им выдуманной, безобразной теории, одержимый бесом властолюбия, а может быть, и многими другими бесами, уже носил в своей холодной душе страшные замыслы повального истребления инакомыслящих. Он многое планировал заранее. Возможно, что свою главную опору, Чека, он уже тогда вынашивал...»

       Ариадна Владимировна Тыркова-Вильямс.

Collapse )