?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry



       Владимир Иванович Вернадский (12 марта 1863 года, г. Санкт-Петербург, Российская Империя – 6 января 1945 года, г. Москва, СССР) относится к той части научной интеллигенции, которая восторженно приняла катастрофу 1917 года, и до конца жизни не смогла избавиться вполне от «красного» морока. Тем ценнее его наблюдения и признания, при столкновении с реальным строем, который «профессиональные революционеры» построили вместо исторической России.
       
       21 января 1941 года:
Это модный теперь курс, взятый в Академии, – аналогичный тому яркому огрублению жизни и резкому пренебрежению к достоинству личности, который сейчас у нас растёт в связи с бездарностью государственной машины. Люди страдают – и на каждом шагу растёт их недовольство. Полицейский коммунизм растёт и фактически разъедает государственную структуру. Всё пронизано шпионажем. Никаких снисхождений. Лысенко разогнал Институт Вавилова. Любопытная фигура: властная и сейчас влиятельная. Любопытно, что он явно не дарвинист: [но] называет себя дарвинистом, официально [к] таковому приравнен. Всюду всё растущее воровство. Продавцы продуктовых магазинов повсеместно этим занимаются. Их ссылают – через много лет возвращаются, и начинается та же канитель. Нет чувства прочности режима через 20 с лишком лет [после революции]. Но что-то большое всё-таки делается – но не по тому направлению, по которому «ведёт власть».

       1 февраля 1941 года:
       Назначение Берии: генеральный комиссар государственной безопасности диктатор? В связи с упорными толками о безнадёжном положении Сталина (рак?) и расколе среди коммунистов (евреи – английской ориентации, Молотов немецкой?) – перед XIX съездом коммунистической партии...

       4 февраля 1941 года:
       Много лишнего, давление, сыск и формализм невежд и дураков: с одной стороны, – идейные, с другой полицейские... часть крупнейших ученых арестована. Среди них такие крупные люди, как Болдырев, Туполев и многие другие, выбор которых [в Академию] был бы несомненным.

       17 февраля 1941 года:
       Колхозы все более превращаются – вернее, утверждаются – как форма 2-го крепостного права – с партийцами во главе. Сейчас, [в связи] с разной оплатой при урожае, выступает социальное неравенство.

       20 февраля 1941 года:
       Газеты переполнены бездарной болтовнёй XVIII съезда партии. Ни одной живой речи. Поражает убогость и отсутствие живой мысли и одарённости выступающих большевиков. Сильно пала их умственная сила. Собрались чиновники – боящиеся сказать правду. Показывает, мне кажется, большое понижение их умственного и нравственного уровня по сравнению с реальной силой нации. Ни одной почти живой мысли. Ход роста жизни ими не затрагивается. Жизнь идёт – сколько это возможно при диктатуре – вне их.

       24 апреля 1941 года:
       Это общее явление, создающее неудобство жизни в нашей стране, – одно из проявлений гниения государственного аппарата, общественно-политическое явление резко отрицательного характера. Всё будущее зависит для России от того, победит ли оно или [победит] ему противоположное – [то] положительное и большое, что у нас делается. – Кто знает? Каковы реальные – нами, к сожалению, не улавливаемые – формы происходящего процесса?

       26 апреля 1941 года:
       Настоящая история шла стороной – и пришла к большевизму. Но, в другой форме его, охватило разложение и большевизм: так или иначе, мильоны людей (НКВД) попали в положение рабов, и идёт развал – все воры в партии и только думают, как бы больше заработать.

       27 апреля 1941 года:
       Я всё более и более убеждаюсь, что главный наш брак – наркомы и другое начальство. Оно ниже среднего уровня, например, научного работника или физического рабочего.

       3 мая 1941 года:
       Вчера днём была Мария Павловна Белая, одна из моих старых работниц по Биогелу. Она работала в Петербурге у Н.И. Вавилова над анализом семян ржи, собранных с огромными затратами из всего Союза. Когда мы приступили к работе, то оказалось, что de facto из того, что числилось, осталось не много. Огромный научный труд Н.И. Вавилова был уничтожен чиновниками... Огромное количество – тысячи, сотни тысяч и мильоны – страдающих невинно людей. Это – язва, которая скажется при первом серьезном столкновении.

       8 мая 1941 года:
       Вынуждены считаться с партийной «общественностью», которая всецело проникнута полицейским сыском и [полицейскими] способами действия. Это – то разлагающее, которое сказывается на каждом шагу.

       11 мая 1941 года:
       Любопытной чертой нашего времени являются некоторые неожиданные и непонятные черты организованного невежества – патологическое явление, однако очень глубоко влияющее на жизнь. Два явления здесь бросаются в глаза.
       Первое – запрещение синоптических карт, искажение одно время высоко стоявшей работы Главной физической обсерватории. Не только не печатаются карты – исчезли в работе циклоны и антициклоны.
       Второе [явление связано с] географическими картами. Всё искажено, и здесь цензура превзошла всё когда-то бывшее. Вредители сознательные и бессознательные слились. Дерюгин не мог напечатать карт Японского и Охотского морей. Дурак цензор ему сказал, когда он показал ему опубликованную японскую карту: «А может быть, они нарочно это напечатали, чтобы провести нас?»

       14 мая 1941 года:
       В Баку сильно ухудшились условия жизни. Всё привозное – всего не хватает. Ещё – войска.
       ...Жалуется на рознь азербайджанцев с русскими – стремление всех заместить местными. Его и тому подобных людей, выдающихся и нужных, не трогают – но замещение местным человеком каждой вакансии, часто в ущерб возможному лучшему русскому кандидату, [встречается] на каждом шагу.

       17 мая 1941 года:
       Все считают, что это переговоры Германии с Англией за наш счёт. Говорят, что немецкие войска [находятся] на [нашей] границе. Думают, что они с нами не будут церемониться – и пустят в действие газы.
        И в то же время ослабление – умственное – коммунистического центра, нелепые действия властей (мошенники и воры проникли в партию), грозный рост недовольства, всё растущий. «Любовь» к Сталину – есть фикция, которой никто не верит.

       19 мая 1941 года:
       Большое возбуждение вызывает бегство или поездка Гесса в Англию. Рассказывают о возможности войны с Германией. Официальные влиятельные круги скорее ближе к английской ориентации. Я боюсь, что официальная лесть и пресмыкательство ЦК партии принимает за реальность. А между тем грозно всюду идёт недовольство, и власть, окружённая морально и идейно более слабой, чем беспартийная, массой, может оторваться от реальности.
       Большинство думает, что мы и наша армия не можем бороться с немецкой [армией].
       Я думаю, что в конце концов немцы не справятся [с нами] – но фикция революционности, которая у нас существует, где две жандармские армии и мильоны каторжников (в том числе цвет нации), не может дать устойчивости.

       20 мая 1941 года:
       В сущности, эта организация Института введена в 1938 году распоряжением Кагановича (как бы постановлением [Академии]). Маразм научной работы при наличии талантливых и работящих людей – явно благодаря гниению центра. Безответственная роль партийной организации из молодежи, фактически схватившей только верхи и этого не сознающей и в то же время все усилия которой направлены на «лучшую» жизнь – на всяческое получение денег. Кашкины, Коневы и т.п. [партийцы] представляют организацию в организации и в значительной мере искажают структуру Академии... Чувство гниения направляющих центров.
       5.V.1941 года Сталин стал председателем Совнаркома, Молотов – его заместителем. Личная диктатура выявилась наружу. Говорят, он вылечился.

       27 мая 1941 года:
       Второй раз писал Сталину о заграничной командировке, по совету Луначарского. Я упомянул о том, что пишу ему по совету Луначарского.
       Луначарский говорил мне, что он получил выговор [от] Сталина – как же я могу вмешиваться в эти дела, беспартийный. Мне кажется, с 1930 года в партийной среде впервые осознали силу Сталина – он становится диктатором. Разговор со Сталиным произвёл тогда на Луначарского большое впечатление, которое он не скрывал.

       28 мая 1941 года:
       1932 год. – На Украине голод. Он произведён распоряжениями центральной власти – не сознательно, но бездарностью властей. Доходило до людоедства – хотя украинское правительство исполняло веления Москвы. Крестьяне бежали в Москву, в Питер много детей вымерло. В то же время в связи с неприятием колхозов (Второе (народное) Крепостное Право – Всесоюзная (народная) Коммунистическая Партия) [последовали репрессии].

       1 июня 1941 года:
       Грубое постановление Президиума об Институте по экономике. Это всё наследие коммунистической Академии. Там всегда был, в общем, резко более низкий научный уровень и всегда был делёж пирога и чисто буржуазное желание больше зарабатывать – [это] так характерно для партийных работников Академии, для «секретарей»: «Ученые коты могут рассуждать только от печки». Мы все это видим и знаем – в академической среде партийный состав среди научного персонала явно ниже [беспартийных]. Интриги – характерное явление среди партийцев, к сожалению и к огромному вреду для государства.

       12 июня 1941 года:
       Власть находится в новых руках и [осуществлены] основные стремления социализма – без свободы личности, без свободы мысли. Но это не ноосфера – и совершенно иначе будет оценена творческая деятельность В.И. Ульянова-Ленина. [У него была] неизлечимая болезнь? И.П. Павлов относился к нему иначе, считая, что это – патологический тип волевого «преступника».
Чувство непрочности и преходящести [существующего] очень сильно растёт.

       13 июня 1941 года:
       Поразительно пала умственная их сила и удивительно количество в партии «хозяйственников» (теперь это слово даже не употребляется, как несколько лет тому назад). Аппарат партийный даже в Академии очень низкого уровня.

       16 июня 1941 года:
       Невольно мысль направляется к необходимости свободы мысли как основной [составляющей], равноценной основной структуре социального строя, в котором личность не является распорядителем орудий производства. Равенство всех без этого невозможно. Но оно и невозможно без свободы мысли. Наш строй это ярко показывает, когда мильоны людей превращены – «на время» – в заключенных: своего рода рабство.

       19 июня 1941 года:
       Среда, окружавшая Горького (один Ягода чего стоит), явно была подозрительна.
       Говорят, что Германии [нами] был предъявлен ультиматум – в 40 часов вывести её войска из Финляндии – на севере у наших границ. Немцы согласились, но просили об отсрочке – 70 часов, что и было дано.

       22 июня 1941 года:
       Речь Молотова была не очень удачной. Он призывал сплотиться вокруг большевистской партии. Ясно, что [нас] застали врасплох. Скрыли всё, что многие, по-видимому, знали из немецкого и английского радио.

       23 июня 1941 года:
       Только в понедельник выяснилось несколько [серьёзно] положение. Ясно, что опять, как [в войне] с Финляндией, власть прозевала. Бездарный ТАСС со своей информацией сообщает чепуху и совершенно не удовлетворяет. Ещё никогда это не было так ярко, как теперь.

       3 июля 1941 года:
       29.VI.1941 появилось в газетах воззвание Академии Наук «К учёным всех стран», которое и я подписал. Это – первое воззвание, которое не содержит раболепных официальных восхвалений: «Вокруг своего правительства, вокруг И.В. Сталина»; говорится о фашизме: «Фашистский солдатский сапог угрожает задавить во всём мире яркий свет человечества – свободу человеческой мысли, право народов самостоятельно развивать свою культуру». Выдержано [так] до конца. Я думаю, что такое воззвание может сейчас иметь значение.

       4 июля 1941 года:
       1 июля 1941 года образован Государственный Комитет Обороны из Сталина, Молотова, Ворошилова, Маленкова, Берия. В общем, ясно, что это идейная диктатура Сталина.

       13 июля 1941 года:
       Становится все яснее и яснее, что переезд Академии в Томск может кончиться развалом большой научной работы и патологическим проявлением реального состава её – и правительственного – аппарата. Хаос государственной структуры – в области, которая является второстепенной в понимании людей, стоящих у кормила власти.
       В этот исторический момент резко проявилась... сущность «тоталитарных организаций»: нашей – коммунистической и германской национал-социалистической. В обоих случаях – диктатура, и в обоих случаях жестокий полицейский режим. В обоих случаях мильоны людей неравноправных...

       18 июля 1941 года:
       Ужасно неприятное впечатление у меня от замены исторических названий городов: Горький – Нижний Новгород, Молотов – Пермь, Калинин – Тверь.
       Поражает полное отсутствие сведений о войне – с Москвы; даже в городах не знают.

       18 июля 1941 года:
       Плохая – бездарная – информация; с этим приходится мириться. То же и в Наркомате иностранных дел. Серые люди. [Всё одно и] то же, что видишь кругом. Партия-диктатор – вследствие внутренних раздоров – умственно ослабела: ниже среднего уровня интеллигенции страны. В ней всё растет число перестраховщиков, боящихся взять на себя малейшую ответственность.

       20 июля 1941 года:
       Медленно растёт – но растёт – разгромленное живое течение, [существовавшее] до диктатуры печальной ГПУ.

       23 июля 1941 года:
       Вчера уже на станции узнали о бомбардировке Москвы – в ночь с 21 на 22-е, – [прошёл] месяц войны. Говорят, 200 самолетов немецких прорвались, из них 20 прорвались к Москве – бомбы брошены в окрестностях Москвы, есть жертвы. Впечатление здесь среди нас, москвичей, огромное.

       25 июля 1941 года:
       С Мандельштамом – о Мысовском (он видел у меня его книжку об атомном ядре). Его отзыв о Мысовском, как всех физиков, явно неверный. Многое он приписывает Курчатову, что в действительности принадлежит Мысовскому, который необычно безразлично относился к защите своих достижений.

       30 июля 1941 года:
       Вчера жена Рихтера красочно передала впечатление [от] первого налета на Москву 21/22 VII. Основное впечатление – по существу неверное изложение [этого] Информационным бюро. Надо в эту почти единственную реальную информацию вносить коренные поправки. Молчание Информбюро не означает, что налетов [на Москву] не было. Во главе [информационной службы] стоят бездарные, ограниченные люди – каковы и Ярославский, и Лозовский; это сказывается и в их статьях, и в их выступлениях. Мы знаем об окружающем только по таким фальсифицированным данным. Надо вносить поправку – из гущи жизни и [своего] жизненного опыта: охвата происходящего, сознательно и глубоко переживаемого с 1873 года (если не раньше) по 1941 год – больше 60-ти лет. Трутни и полиция – язвы, которые вызывают гниение, – но здоровые основы, мне кажется, несомненно преобладают. Страна при мильонах рабов (лагеря и высылки НКВД) выдержит эту язву, так как моральное окружение противника – ещё хуже.

       1 сентября 1941 года:
       Резкое противоречие между действительностью и официальными сводками. Радио и официальная информация всё больше не удовлетворяют: поразительна бездарность советского аппарата. Население совершенно не понимает, что происходит.Отчего оставлены Екатеринославль, Одесса и т.п.? Отчего инициатива всё время в руках немцев? Что будет через месяц? Я думал, что война кончится к зиме. Теперь появляются опасения. Кончится к зиме в том смысле, что движение немцев будет остановлено.

       13 сентября 1941 года:
       Оставление Чернигова. Сводки всё больше возбуждают недоумений. Никаких сведений о боях («Бои на всем фронте») – и в то же время постоянные «отступления». Сводки наполнены партизанами, где, возможно, много выдуманного. В то же время ополченцы уже в бою. Где войска? Опять растут зловещие слухи – сдача двух генералов на юге, украинское националистическое движение. Говорят, масса раненых в Сибири – Томске и т.д.

       20 сентября 1941 года:
       Сегодня по радио появилось известие о прорыве в Киев немцев. Настроение кругом тяжёлое. Вновь возобновились известия о поражении – прорыве [немцев] на юге при начале войны, сдаче двух генералов с войсками. Говорят, что в Киеве нет войск, так как армия отрезана в Бессарабии, [говорят] о бездарности Буденного и К°. Гитлер свой план захвата Украины исполнил. Но население сознает [создавшееся положение] – и это скажется.

       6 октября 1941 года:
       После оставления Киева и взятия Полтавы резко изменилось настроение. Многие не верят известиям; радио – бездарное и часто глупое – [говорит] о мелочах, когда ждут точных данных; [его] начинают менее слушать. Резкое падение уверенности в успешный конец войны. Говорят об измене. Думают, [виноваты] украинцы, что если немцы объявят о собственности земли, то на Украине они найдут поддержку. Как бы там ни было, занятие [немцами] всей Украины и исчезновение нашей Южной армии всех смущает. Получается такое впечатление, что Одессу, Киев, Ленинград, Москву защищают партизаны и население, частично (Одессу и Ленинград) – моряки. Но где армия? Какая территория занята? Сегодня узнаём о том, что румыны заняли Кишинев, давно… Очевидно, первое впечатление о Германии должно было быть такое, о котором мы не имели понятия – и которое от нас было скрыто ложными, приукрашенными извещениями Информбюро. Население не получает хлеба – семьи взятых на войну не могут купить хлеба. Большое недовольство и тревога.

       16 октября 1941 года:
       Резкое изменение настроений о войне. Ясно для всех проявляется слабость вождей нашей армии и реально считаются с возможностью взятия Москвы и разгрома. Возможна гибель всего моего архива и библиотеки. Когда я уезжал [из Москвы] в июле – мысль о возможности потери и гибели мелькала, но не чувствовалась реально, как она выступает сейчас.

       28 октября 1941 года:
       Приехали [новые эвакуированные] из Москвы и Ленинграда, и впервые получились более точные данные. Глубокое разочарование и тревога проявляются кругом. И ясно для всех выступает причина – бездарность центральной власти, с одной стороны, и власть партийных коммунистов-бюрократов, столь хорошо нам известная на каждом шагу, – [с другой]. Мариуполь взят [немецкими] парашютистами во время заседания областного комитета партии, – и секретарь партии бежал первый. В Москве в очередях антисемитское настроение. В центре нет людей.

       2 ноября 1941 года:
       Невольно мысль направляется на ближайшее будущее. Крупные неудачи нашей власти – результат ослабления её культурности: средний уровень коммунистов и морально, и интеллектуально – ниже среднего уровня беспартийных. Это сказалось очень ярко уже в первых столкновениях – в Финляндской войне, и сейчас сказывается катастрофически. Я не ожидал тех проявлений, которые сейчас сказались. Будущее неясно.

       15 ноября 1941 года:
       В мировом столкновении мы тоталитарное государство.

       16 ноября 1941 года:
       Три факта бросаются в глаза, резко противоречащие словам:
       1. Двойное на словах правительство – Центральный Комитет Партии и Совнарком. Настоящая власть – Центрального Комитета Партии, и даже диктатура Сталина. Это – то, что связывало нашу организацию с Гитлером и Муссолини.
       2. Государство в государстве: власть – реальная – ГПУ и его долголетних превращений. Это – нарост, гангрена, разъедающая партию, – но без неё не может она в реальной жизни обойтись. В результате – мильоны заключенных рабов, в том числе, наряду с преступным элементом.
       3. Истребление ГПУ и партией своей интеллигенции... Партия «обезлюделась», и многое в её составе – загадка для будущего. Сталин, Молотов – и только. Остальное для наблюдателя – серое.
       Одновременно с этим создаётся:
       1) традиция такой политики;
       2) понижение морального и умственного уровня партии по сравнению со средним уровнем моральным и умственным – страны.
       При этих условиях смерть Сталина может ввергнуть страну в неизвестное.
       Ещё ярче это проявляется в том, что в партии – несмотря на усилия, производимые через полицейскую организацию, всю проникнутую преступными и буржуазными по привычкам элементами, – очень усилился элемент воров и тому подобных элементов.
       Наряду с этим единственный выход, непосильный для власти:
       1) реорганизация – коренная – ГПУ и его традиций. Возможно ли это?
       2) полная неудача снабжения населения нужными предметами потребления после 24 лет [советской власти] – то есть неправильная организация – дорогая и приводящая к голоду и бедности – торговли.
       В сущности, и в Финляндии, и в этой войне это всё [сказалось и] сказывается, и впереди неизбежны коренные изменения – особенно на фоне победы нашей и англосаксонских демократий, мне [эти изменения] представляются – несомненными. Будущее ближайшее принесет нам много неожиданного и коренное изменение условий нашей жизни. Найдутся ли люди для этого?

       28 ноября 1941 года:
       И мне вспомнились высказывания И.П. Павлова – помню, несколько раз он возвращался к этой теме. Он определённо считал, что самые редкие и самые сложные структуры мозга – государственных людей Божьей милостью, если можно так выразиться – прирожденных политиков. Это выражение, вероятно, не его. И это, я думаю, верно. Особенно ясно для меня становится это, когда в радио слышится его [Сталина] речь: зычный и неприятный кавказский акцент. И при таких предпосылках такая власть над людьми и такое впечатление на людей. Реальные условия жизни вызывают колоссальный приток всех воров, которые продолжают лезть в партию, [умственный] уровень которой в среде, в которой мне приходится вращаться, ярко ниже беспартийных.

       5 декабря 1941 года:
       Я думаю, что убийство [Кирова] было сделано партийными, [которые] хотели – и успели (Ягода) – перевести внимание террористов на других лиц.
Добавить в друзья | Подписаться на блог Патріотъ Руси
 

Posts from This Journal by “советская власть” Tag

promo nampuom_pycu march 2, 22:20 14
Buy for 20 tokens
Предшественники Мордехая Леви (Карла Маркса) всё время спотыкались об утверждения своих политических оппонентов, которые в ответ на критику социалистами существующей капиталистической системы просили их предоставить план будущего общественного строя, отличного от капитализма. Ответить на…

Comments

( 7 comments — Leave a comment )
nampuom_pycu
Jan. 25th, 2019 11:51 pm (UTC)
25 июля 1941 года В.И. Вернадский записал: «...Его отзыв о Мысовском, как всех физиков, явно неверный. Многое он приписывает Курчатову, что в действительности принадлежит Мысовскому, который необычно безразлично относился к защите своих достижений...»
Это о замечательном и недооцененном русском учёном и изобретателе Льве Владимировиче Мысовском (6 [18] февраля 1888, г. Саратов – 29 августа 1939, Ленинград), выпускнике физико-математического факультета Петербургского университета, ещё в Императорской России начавшем физические ядерные исследования, впоследствии сделавшие нашу страну передовой в этой области.
(Deleted comment)
nampuom_pycu
Jan. 26th, 2019 08:12 am (UTC)
Пять сроков за грабежи и бандитизм могут быть только у "порядочного товарища". Для вора в законе мелкие кражи вообще не в счёт. И сынка, воровавшего по крупному, при такой "крыше" – не посадят. Сажать можно только голодное "быдло", за гнильё, подобранное с поля...

Блаженный Аврелий Августин Иппонийский: «При отсутствии справедливости, что такое государство, как не простая разбойничья шайка, также как и разбойничья шайка что такое, как не государство? И они (разбойники) представляют собой общество людей, управляются начальствами, связаны обоюдным соглашением, делят добычу по установленному закону. Когда подобная шайка потерянных людей достигает таких размеров, что захватывает города и страны и подчиняет своей власти народ, тогда открыто получает название государства».
sozecatel_51
Jan. 26th, 2019 12:17 pm (UTC)
В случае с бл. Августином следует делать поправки на богословское понимание государства.
nampuom_pycu
Jan. 26th, 2019 01:02 pm (UTC)
Это есть у святителя Иоанна Златоуста и преподобного Исидора Пелусиота https://nampuom-pycu.livejournal.com/186834.html
Блаженный же Августин учит, как относиться к большевицким уголовникам.
sozecatel_51
Jan. 26th, 2019 12:15 pm (UTC)
да-да. Все так.
nampuom_pycu
Jan. 28th, 2019 12:35 am (UTC)
"Картина ужасающего ро­ста энтропии. Оптический Институт с Чехматаевым в качестве командора разбирает ящики, которые два дня мокли на дожде. Голова почти не работает. Живём казармой в гостинице. Полное, безвыходное taedium vitae. Знакомые люди кругом, как каменные столбы и статуи с их трафаретными мыслями, фраза­ми, остротами. Академиче­ское холуйство, придворный тон, лауреатские дипломы в качестве основ­ного имущества.. В Казанской Академии ажиотаж, интриги и фокусы по поводу сталинских премий... Нигде подлинного научного восторга, энтузиазма и сумас­шествия. Чиновничество от науки. Академия превратилась в противный клубок интриг, угодничества перед начальством... Ставший придворным академиком Капица рассказывает почтительным голосом о благоволении к Академии в Куйбышеве. Странное mixtum compositum. С одной стороны, несомненно остроумный конструктор-физик, оригинально и здорово и до конца решающий самые трудные вещи, а с другой – аморальность, бестактность, глупость и наи­вность. Противоречия-то тут нет, но все же сочетание маловероятное...
На фронте, по-видимому, положение очень тяжелое... О фронте и войне мало что известно, чувствуется только тревога. Резкий диссонанс грозных событий на фронте и фальшивой пошлятины, от которой тошнит и никуда не спрятаться..."


(Вторит В.И. Вернадскому Сергей Иванович Вавилов)
( 7 comments — Leave a comment )

Profile

Генерал Ф.А. Келлер
nampuom_pycu
Патриот Руси


Посты в ТОПе
рейтинг блогов


Царская Семья в цвете

Links

Tags

Latest Month

August 2019
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner